Наш специальный корреспондент продолжает работу в зоне СВО. В этот раз он побывал в Республиканском центре травматологии в ДНР.
Республиканский центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии, или, как его называют местные, «травма». В коридорах стерильная чистота, пахнет лекарствами. И чувствуется особая атмосфера — здесь привыкли бороться за жизнь до конца.
На входе меня встречает главный врач больницы Андрей Боряк. Когда Донбасс в 2014 году решил, что ему не по пути с Киевом, он уже работал в клинике. Тогда думал, что теперь-то его республика заживет спокойно, однако киевский режим решил иначе и начал бомбить Донецк.
Врач поправляет белый халат и на мгновение задумывается, будто возвращаясь в те страшные дни.
— Люди с какими-либо пулевыми ранениями к нам попадали раз в один — два года. Как только произошел референдум за отсоединение от Украины, нас начали бомбить, — вспоминает Андрей Боряк.
Тогда врачи, которые ранее не встречались с войной, стали снова учиться. В ход пошла вся учебная литература, которая повествовала о трудах советских и российских медиков. Хирурги сутками не выходили из операционных, порой теряя счет времени.
— Очень нам тогда помог учебник, о котором мечтает и мечтал каждый студент-медик, — «Опыт советских хирургов времен Великой Отечественной войны», — рассказывает Андрей Боряк. — Каждый том посвящен отдельным органам, типам ранений. Мы как губки впитывали опыт наших дедов и прадедов, которые спасали жизни раненым на войне. Мы понимали, что условия той войны сильно отличались от нынешних, однако определенные навыки оказались очень полезны.
Когда вооруженные силы Украины начали обстреливать Донецк, в центр поступало большое количество раненых. 50 процентов из них были с огнестрельными ранениями, еще 50 процентов имели минно-взрывные травмы.
— Самое массовое поступление было 24 мая 2014 года. Привезли много людей из Киевского района города. Мы тогда не ожидали вообще, что в европейском государстве, в 21 веке будут бомбить мирное население, — вспоминает Боряк.
В 2022 году во время боев за Мариуполь из-за действий ВСУ в центр поступило больше 60 детей, которым требовалась медицинская помощь. Их привозили прямо с передовой, часто без сознания, с тяжелейшими ранениями.
— У некоторых из них уже начались серьезные инфекционные осложнения. Гноение. У двух третей детишек стоял вопрос ампутации. Согласно медицинским канонам, это было бы справедливое решение. Но я скажу так: ни одной ампутации не было произведено, — в голосе главного врача звучит обоснованная гордость.
В июле 2022 года в «травму» поступил ребенок из только что освобожденного села. Во время ударов ВСУ одна из ракет прилетела прямо в дом, где жила семья. А военные, узнав, что в здании тяжелораненый ребенок, сразу же повезли его в донецкую «травму» к коллективу Андрея Боряка.
— Тяжелая черепно-мозговая травма, ранение грудной клетки. А одна из рук мальчика держалась на тканевом лоскуте: сосуде, нерве и остатках кожи, — вспоминает Андрей Боряк. — Мальчонке около семи лет было на тот момент. У нас тогда были разные точки зрения, что делать. Одни, учитывая тяжесть состояния ребенка, были готовы ампутировать руку, потому что все указывало на это….
Но сохранялся шанс спасти ребенку руку. По словам, Боряка, риск был огромный, но врачи все же решились на сложнейшую операцию. Сначала буквально по кусочкам собирали кости, потом пришла очередь сосудов, нервов…. Работа была разбита на несколько этапов, каждый из которых требовал ювелирной точности и занимал по несколько часов.
— Это было достаточно длительное, сложное лечение. Ребенка сначала в реанимацию поместили, потом мы приступили к работе, — объясняет Андрей Боряк. — После нескольких операций и длительного лечения его отправили на реабилитацию в Москву.
А полтора года назад врачи получили самую желанную для медика награду. Им передали видео: тот самый паренек отжимался от пола. Рука практически восстановилась!
КСТАТИ
Начиная с 2014 года Республиканский центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии в Донецке неоднократно подвергался тяжелым обстрелам со стороны ВСУ. Шесть раз по нему били из различных орудий. Например, в 2022 году из Himars. Однако, несмотря на происходящее, в центре было спасено более 900 детей. Многие из них уже смогли вернуться к нормальной жизни.