О седовласом Джан Пьеро Гасперини в России краем уха да слышали. Обычно эти три культовых для Италии слова отпружинивали эхом от имени Алексея Миранчука. Чаще всего – с неприязнью или даже злобой: мол, не повезло россиянину попасть к деспоту, страдающему то ли мизантропией, то ли русофобией, то ли банальной заурядностью. Никого не смущали ни успехи...
