Игорь Лещук — один из самых разносторонних российских футболистов, который известен не только своей игрой в «Динамо», но и пристрастиям к путешествиям, культуре, искусству, инвестициям.
В большом интервью корреспонденту «Советского спорта» Лещук рассказал:
- как скидывал вес при Карпине;
- как в Америке чуть не оставил вещи в метро;
- как погружался в клетке к акулам;
- что хочет пасти кур и коров;
- о покупке избы в глухой деревне;
- в чём держит активы;
- как купил динамовскую картину;
- о желании научиться играть в хоккей;
- каким спортом занимаются дочери;
- о блокировке Roblox в России;
- как познакомился с девушкой благодаря матчу «Динамо».
«При Карпине думал о том, что завтра не на тренировку идти, а надо показать нормальный вес
— Расскажи, как скидывал вес при Карпине. Много у кого ещё находили лишние килограммы?
— Ситуация была у многих схожая, что надо было сбросить достаточное количество килограммов – около пяти-шести. У тренерского штаба было своё представление, какие у нас должны быть идеальные веса, но мы давно все столько не весили. Например, мне нужно было весить по мнению штаба столько, сколько у меня было в 18 лет. Это было не просто (улыбается).
Один раз перед взвешиванием я даже ездил в аптеку, покупал средство для прочистки организма. По итогу оно не помогло. Надо было размешать порошок в двух литрах воды и выпить.
По итогу пришёл на взвешивание с тем же весом, только перед этим мучился.
Было тяжко, потому что сил не хватало из-за весогонки. Тренерский штаб говорил, что организм адаптируется, а нам станет легче. По себе такого сказать не могу.
— К каким способам в команде прибегали, чтобы скинуть вес?
— В баню ходили.
— Воду выгоняли?
— Да, но глобально ничего не дало это нам. Нам надо было выгнать не воду, а жир. Есть несколько методик измерения жира. Например, щипцами калипером, а есть биоимпедансный анализ – это когда встаёшь на аппарат, и за счёт сопротивления электродам он понимает состав тела: жир, вода, мышцы, кости. Когда берут щипцами, зависит всё от того, как измеряют. Можно хватануть кусок кожи так, что будет 100% толстовато, а можно аккуратненько взять и будет мало. Везде есть погрешности. По-хорошему, вода уходит в сауне, а жир остаётся. Поскольку на взвешивании нельзя показать лишний килограмм-полтора, ты идёшь в сауну в надежде выгнать воду, чтобы потом не прилетело за вес.
— Как тренерский штаб Карпина советовал скидывать лишний вес?
— Был общий план питания. Некоторым ребятам они отдельно в зале давали крутить велосипед, чтобы сжечь жир. Во время весогонки ты думаешь не о футболе. Хочется иногда расслабиться, чтобы ничего не отвлекало от работы на поле, и с удовольствием это делал. По итогу думаешь о том, что завтра не на тренировку идти, а надо показать нормальный вес. Даже за два-три дня до взвешивания понимаешь, что тебя в течении недели будут взвешивать, и есть особо не надо.
— Ты сказал, что приезжали не на тренировку, а показать нормальный вес. Это было общекомандное состояние?
— Да, у большинства так было. Есть исключения, например, Даня Глебов. Не знаю строение его организма, но он к такому ритму привык. Если бы я ел как он, то у меня бы был большой плюс на весах (улыбается). Даня Фомин такой же. Они себе накладывают большие тарелки, а на весах потом всё нормально, потому что другой метаболизм. Тренерский штаб объяснял, что у всех он разный. Кто-то может съесть больше, а кто-то меньше. Когда сидишь за столом, и соседняя тарелка полная, а у тебя огурцы, помидоры и кусочек рыбы, то ощущение, будто готов съесть целую столовую, но надо сдерживать себя.
— Не было желания в это время сорваться, заказать фастфуд?
— Печеньки мог поесть, но потом два дня нужно было себя держать в руках.
— У вас же запретили сладкое?
— Да, запрет был на базе. Но дома же можно самому пойти в магазин и купить сладкое. Как по мне, когда что-то запрещают, то этого ещё больше хочется. Сейчас нет запретов, а мне и не хочется сладкого. Я десерты не ел с первого дня сборов. Арбуз – это максимум.
— То есть запреты в футболе не работают?
— Я считаю, что в жизни вообще запреты не работают. Появляется лишь желание что-то нарушить. Я вот детям запрещаю что-то, а они думают, как бы аккуратно взять шоколадку, сделать что-то запретное.
— А что ты им запрещаешь?
— В целом ничего, просто иногда ограничиваю дозу сладкого, поскольку они готовы постоянно есть шоколадки. Если даю сладкое, то хотя бы чтобы не всю пачку съедали за раз.
— А запрещаешь, условно, целый день в Roblox играть?
— Его заблокировали в России, и слава богу. Они играли раньше часто в Roblox. В отпуске в Абу-Даби они каким-то образом узнали, что он здесь работает, и сели тут же играть. Я говорю: «Так, мы тут получаем удовольствие от солнца, моря, бассейна, а Roblox потом».
— Бывало, что дети не ходили на пляж ради игры в Roblox?
— Да не, на пляж они ходили, купались. Даже было не вытащить их оттуда.
«Старались выполнять требования Карпина, но результата это не дало»
— Карпин во всех командах ставит розыгрыш от вратаря низом, из-за чего нередко пропускаются мячи. Тебе комфортно было играть с этим требованием?
— Мне было комфортно. Главное – это понимание, что мы делаем после того, как под тебя открываются игроки, и что принимающему мяч делать дальше.
Понятно, что современные требования футбола вынуждают так играть. Но и очевидно, что соперники по-разному прессингуют. Если давление небольшое, то можно подержать мяч. Если команда хорошо идёт в прессинг, то смысл самого себя подставлять и рисковать с розыгрышем от ворот?
— Когда был первый негативный звоночек в отношении Карпина?
— Как такового негатива или неприятия идей тренерского штаба не было. По истечению летних сборов я вообще думал, что мы будем бороться за первое место. Поначалу казалось, что наладится дисциплина, улучшится оборона, и мы попрём.
Но когда по ходу сезона у нас не получалось с новыми идеями добиваться необходимого результата, то, наверное, где-то внутри у всех игроков постепенно наравне с недовольством из-за положения команды в лиге появлялось и ощущение в необходимости применения определённых изменений в наши игровые принципы.
— Есть мнение, что вы придерживались принципов Карпина в игре, но они просто не работали.
— Мы все старались прислушиваться и выполнять требования, но результата это не дало. Из-за этого напряжение было у всей команды, даже у персонала. В себе уверенность становилась меньше, ведь основной показатель – наше место в таблице.
— В какой момент ты понял, что с тренерским штабом Карпина результата у «Динамо» не будет?
— Мы видели, какой карт-бланш был предоставлен. В клубе многое делалось и перестраивалось ради него. Поменяли часть базы, купили новые тренажёры, сделали более дорогое питание. Я думал, что раньше зимы ничего не изменится. И то, я вообще думал, что целиком год дадут поработать.
— О сборной России уже не мечтаешь?
— Спокойно отношусь. Надо реалистично смотреть на вещи. Сначала стоит стабильно играть в клубе, потом думать о сборной. Большая моя мечта – взять трофей с «Динамо», когда я буду основным вратарём, чем попасть в сборную. Защищать страну – это тоже очень важно, но хочется в родном клубе сначала реализовать мечты. Я понимаю, насколько важно для клуба и болельщиков увидеть трофей.
— При новом тренерском штабе как ощущения?
— Все выдохнули, более расслаблены. Больших запретов нет, Ролан Александрович говорит, что следить строго за нами не будут, всё больше на доверии. Если ты это доверие пошатнёшь, то будут вопросы. Вот раньше, десятилетия назад, люди могли и пить перед игрой, заезды были перед играми. Боялись домой отпускать, потому что игроки могли пойти в клубы и рестораны. Сейчас такого нет, какой-то дичи не творят.
Например, с нами раньше после игр Сандро Шварц вместе ездил, говорил: «Мы сейчас можем отдохнуть, но завтра у вас тренировка в 10 утра, и мне пофиг, в каком вы состоянии – должны выложиться на 100%». Думаю, это хороший подход.
— То есть Сандро ездил с вами после игр в клуб отдыхать?
— Да, пару раз в караоке с нами гонял.
— И как охарактеризуешь Шварца в неформальной обстановке?
— Я не ездил (смеётся).
— А вообще как к ночным клубам относишься?
— Я раньше ездил в караоке-бары, а не клубы. И то, это было очень-очень давно. Сейчас после матчей с друзьями собираюсь в бане. Мы если ходим в неё, то сидим пять-семь часов. Посидели, попарились, за столом поболтали. Сейчас в банях ещё и караоке есть.
— Отдельный домик снимаете?
— Да, люблю сруб бани, а не общественные.
— Вот и плюс работы Карпина – привил банную культуру в «Динамо».
— Мы любили её, но при нём стали ходить ещё чаще (смеётся).
«Хотелось, чтобы акулы были разъяренными и кидались на клетку»
— Где был этой зимой?
— В Таиланде и Сингапуре.
— В этот раз больше по Азии?
— Да, причём в Таиланде уже был, но поехали по другому маршруту, посмотрели на горы. Было очень круто, всё понравилось. Потом на три дня в Сингапур заехали, а в январе с детьми в Абу-Даби. Им в целом много ходить не нравится – только полежать на песке. Во второй части отпуска отталкивался от детей.
— Чем примечательна азиатская культура?
— Я был ещё в Японии и Китае. Впечатления разные везде. Не скажу, что культура схожая. Китайцы вообще от всех отличаются. Японцы – очень приятные люди, доброжелательные, знают английский язык, всегда стараются помочь. Там мне было очень приятно. Китайцы, например, английский язык вообще не знают. Вы как с разных планет, жестами пытаетесь объясниться. В Таиланде приятно, это как большая деревня.
— Сколько стран всего посетил?
— Я не считал. Хочется в год несколько новых стран посещать. За 2025-й у меня была Ботсвана, ЮАР, Сингапур. Три новых страны посетил. Этим летом хотим во Францию или Германию. Билеты на Linkin Park уже купил. Сидели с семьёй у гейта в аэропорту в Сингапуре. Решил посмотреть, появились ли билеты, а их уже практически нет. За 10 минут решили, что поедем в Германию.
— Один из самых популярных российских путешественников это Артемий Лебедев, у которого куча разных историй. Вспоминается, как после поездки в Африку он чуть не умер от малярии. У тебя были какие-то экстремальные истории в путешествиях?
— Когда я был в Америке, решил поехать до аэропорта на метро. Нужно было сделать пересадку, и на одной ветке разные поезда ходят. Тебе нужно было сесть на правильную букву поезда. Женщина не могла запихнуть свой чемодан, я помог ей. Засунул её чемодан в вагон, стою в нём, и двери закрываются. В этот момент понимаю, что мои вещи остались на станции. Доехал до следующей станции, взял машину и вернулся на ту, где мои вещи. Примечательно, что на этой станции не было входа – только выход. Я через турникеты перелез, бегу к вещам, а у моего чемодана уже стоит полиция с собаками. Думали, что там взрывчатка. Говорю: «Это мой, я забыл».
— Ты ездил на погружение в клетке к акулам. Как и где это было?
— Это было на Гавайях. Прикольно, но хотелось, чтобы акул ещё покормили, чтобы они были агрессивнее. Было немножко страшно, но для полного экстрима хотелось бы, чтобы они были разъяренными и кидались на клетку.
— Посоветовал бы читателям?
— Съездить можно. Я видел видео просто, где они прям в клетку вгрызаются. А в моём случае они рядом плавали, но без агрессии. У меня друг дайвингом занимается, плавает рядом с акулами, и они не нападают.
Ставьте на матчи «Динамо» и получайте бонусы
«Купил старый домик в глухой деревне, хотим летом огород, кур, коров»
— Продлевал визу в Америку?
— Не было мест на запись. Не знаю теперь даже, когда ехать. Думал, что в отпуске съезжу, но теперь не знаю. Хотел получить визу для себя и детей, сгонять в парки аттракционов. Посмотрим, когда будет время.
Сейчас у меня появились другие интересы. Думал изначально в паузу на сборную поехать, но с возрастом потянуло к даче, огороду. Мы купили старый домик под Угличем, практически в глухой деревне. Восстанавливаем дом, хотим летом огород, кур, коров. Надо найти человека, который постоянно будет там находиться и за всем ухаживать, а когда нас нет — сдавать в аренду.
— Сколько до неё ехать?
— 3 часа.
— Далековато от Москвы.
— Понятно, что хочется ближе, но тогда тяжело найти подходящую атмосферу. А там прям глушь, ты отвлекаешься от всего. Три часа – не так много для езды, больше – уже тяжеловато. До Суздаля тоже ехать два-три часа от Москвы. Плёс – это пять-шесть часов, но там всё занято на полгода вперёд и ажиотаж.
— Ты всерьёз настроен на этот бизнес или пока просто в планах?
— Это даже не бизнес, а отдушина, с которой можно немного зарабатывать. Чтобы домик не простаивал, можно сдавать в аренду. С футбольным графиком тяжело туда часто ездить, но на день-два как-нибудь можно заехать.
— Пасти кур?
— Да-да. У нас с девушкой план есть. Я почитал, что кур лучше покупать не взрослых, а цыплятами. Видимо, с возрастом приходит. Сказывается, что скоро уже 30.
Скучаю по этим ощущениям, которые испытывал в детстве у бабушки в деревне, когда нет телефона, интернета и суеты. В деревне полностью разгружаюсь и перезапускаюсь. Мне всегда хочется в выходной туда приехать, несмотря на то, что дом ещё не готов.
Мы утром выезжаем, день проводим и вечером возвращаемся. Чувствуешь себя уже совершенно другим человеком. Попробуем туда интернет провести, но пока его нет – просто кайф. В деревне ещё есть часовня с купелью. Летом это просто отпад! Поделал дела, и перед выездом в купель ледяную зашёл – кайф! Ещё и речка рядом, лес. Ни машин, ни нормальной дороги. Если там два автомобиля за день проедут, то это уже движ какой-то. Когда ремонт делали, собирали сруб, все жители в шоке были: было спокойствие и умиротворение, а началась суета.
Очень хочу коров ещё завести – обожаю молоко. У меня с детства любовь к молоку, особенно парному. Своей коровы у бабушки не было, ездили туда, где были. Только надоили молоко, через марлю пропустили, и оно ещё теплое от коровы.
«Держать деньги на вкладах — самая бестолковая вещь. Банк не будет просто так отдавать деньги»
— В чем ты сейчас держишь основную часть активов?
— В недвижимости. Не вижу себя человеком, который будет зарабатывать много миллионов рублей в месяц. Хочу зарабатывать достойные деньги, но не сходить с ума. Брендовых вещей у меня нет, на частном самолёте летать не хочу. Пассивного дохода и небольшого бизнеса будет достаточно для комфортной жизни.
— На чём ты сейчас ездишь?
— В быту я тоже выбираю вещи, которые не требуют лишней головы – например, машину на каждый день. Сейчас присматриваюсь к Changan: новые кроссоверы у бренда начинаются от ₽ 2.8 млн – ₽ 3.0 млн, и это как раз про «комфорт без желания кого-то впечатлять».
— Во что бы никому не советовал вкладываться?
— Держать деньги на вкладах – самая бестолковая вещь. Ни один вклад не даст тебе заработать денег, это финансовая безграмотность людей. Они думают, что заработают 20%-25%, но реальная инфляция больше. Банк не будет просто так отдавать деньги. Есть облигации, чтобы уходить в ноль или чуть-чуть зарабатывать. Есть фонд ликвидности, например, который выгоднее вкладов и привязан к ключевой ставке. Если на вкладе какое-то время не можешь снять деньги, то на фонде ликвидности можешь в любой момент.
— Видел, ты в канал выкладывал, как купил картину в Нью-Йорке. Ты коллекционируешь или это единичный случай?
— Картина просто понравилась и купил. В Японии я покупал самурайский шлем XVIII века. Просто зашёл в антикварный магазин, мне понравилось и по цене нормально. Теперь этот шлем стоит дома, каждый раз смотрю и приходят приятные воспоминания.
У меня день рождения ещё не наступил, но был на выставке и увидел динамовскую картину. Там изображён выход из метро Динамо, и четыре парня идут с шарфами и флагами клуба. А над ними висит туча, в конце которой просвет. Мне показалось, что эта картина олицетворяет нынешнее положение «Динамо». Этот просвет оставляет надежду, что скоро у команды всё будет круто. Эта картина мне так понравилась, что я скинул её другу, и тот купил мне её. Сказал, что как 30 лет исполнится, он приедет и вместе повесим дома.
Раньше я ещё коллекционировал олимпийские значки. Сейчас я продолжаю их собирать, но уже в меньшей степени, потому что на аукционах вижу мало вещей, которые мне интересны. Открыл для себя новую тему – беру разные предметы, которые были в дореволюционной России. Стараюсь изучать постепенно историю. Мне точно хочется пособирать разные шлемы или шапки без временного отрезка. Чем старше предмет – тем интереснее, но сложнее понять подлинность.
Мне очень хочется сервиз старый, ну или хотя бы тарелку. Видел тарелку из сервиза, которым награждали военных при правительстве 1907 года. Там орден нарисован, Георгиевская лента. Хотел очень этот сервиз выиграть, но цена ушла очень далеко, и не стал бороться. Езжу с девушкой по выставкам, появляется потихоньку насмотренность.
— Неподалеку, в Абу-Даби есть филиал Лувра. Как тебе там?
— Я был там три-четыре года назад. Прикольно, очень современно сделано. Я не настолько люблю живопись. Там был Клод Моне – интересно посмотреть, но, например, у нас в Третьяковке есть картины, которые привлекают больше внимания. Мне нравится тема деревень, пейзажи.
— Не было в этом Лувре ощущения, что наш Эрмитаж круче?
— Я в Эрмитаже был очень давно, бегом посмотрел. Надо съездить в Питер и посмотреть. Там надо прям долго ходить, выделить время на это. Меня девушка зовёт как-нибудь съездить в Питер, но я не большой фанат этого города.
«В лицо мне никогда плохого не говорили»
— Не представляешь себя в футболке другой команды?
— Понимаю, что жизнь может складываться по-разному, но сейчас не представляю себя в другой команде. Если когда-то окажусь в другом клубе, то это будет большим испытанием для меня, потому что я всю жизнь в одной команде. Переходить в 20-25 лет, и в 30-32 – разные вещи. В молодости легче переходить, когда ты ещё активный и подвижный. Сейчас я уже более спокойный.
— В свое время Мостовой про тебя говорил: «Когда видел состав, сразу сказал, что «Спартак» выиграет 2:1, потому что знал: Лещук точно ошибется». Тебе не обидно, что даже некоторые опытные в прошлом футболисты проходятся по тебе за каждую ошибку?
— Видишь, оказывается, человек всё знает заранее. Если бы он сильно разбирался и так всё предсказывал, то уже бы сейчас тренировал на хорошем уровне.
— Как тебе аналитика Мостового?
— Я понимаю, что он был хорошим игроком, много лет провёл в Испании. У него очень резкие выводы. Будучи бывшим игроком с большим опытом, он должен по-другому высказываться. Думаю, Александр так говорит для привлечения внимания к себе. Я к критике спокойно отношусь, стараюсь не обращать внимания.
— А в жизни хоть раз встречал хейтеров?
— Нет, никогда в лицо мне плохого ничего не говорили.
— Хотел ли бы ты себя попробовать в другом виде спорта? Может, пошёл бы в «Ледниковый период» покататься в паре с Медведевой?
— Это надо хорошо научиться кататься, чтобы в «Ледниковом периоде» выступить. Я кататься умею, но не настолько хорошо. Хотя, там были же гости, которые не очень хорошо это умели делать. Может, после завершения карьеры на это будет время.
Хочу испытать детские чувства, когда вышел зарубиться на коробку. Я бы хотел, чтобы наша пресс-служба сделала видео, где вратарь хоккейного «Динамо» приходит на тренировку к футбольному, и наоборот. Женя Фролов из «Крыльев» ездил на тренировки по хоккею даже, с тренером занимался, и выкладывал видео. Но у нас такое невозможно. У нас есть запрет на другие виды спорта, чтобы не было риска получить травму. Тем более физическая нагрузка там большая, тяжело в свой график вписать хоккейную тренировку.
— Вспоминается случай с Нойером на горнолыжном курорте.
— Да, если так взять, то все спортсмены чем-то ещё занимаются. Просто когда получаешь травму, то это у всех на виду. В падел половина РПЛ играет, но травму и там тоже можно получить. Если так подумать, то и на улице можно ногу подвернуть. С одной стороны, хочется в хоккей поиграть, но в плане физики даже тяжело найти свободное время, чтобы это на футболе не сказалось.
«Познакомился с Ариной на одной из игр — выводил её дочку перед стартовым свистком»
— Кстати, расскажи, какими видами спорта занимаются твои дочери?
— Младшая занимается гимнастикой. Старшая раньше тоже ей занималась, но потом перешла на танцы. У младшей есть нормальные успехи в гимнастике.
— Мечтаешь, чтобы младшая дочь стала олимпийской чемпионкой?
— Не знаю, это очень тяжёлое испытание. В отпуске было несколько семей, болеющих за «Динамо» с нами в отеле. Когда мы пересекались, они просили сфотографироваться. Дети мне говорят: «О, ты популярный! Тебя узнают!». У этой популярность есть вторая сторона. Они видят только одни плюсы, а со временем понимаешь, что есть минусы и сложности.
Я попал в спорт, и у меня есть возможность обустроить жизнь детей. Пусть они лучше занимаются тем, что им приносит удовольствие, а не ради популярности и денег.
— Ты особо не афишировал свои отношения. Готов немного рассказать о них?
— Познакомился с Ариной на одной из игр – выводил её дочку перед стартовым свистком. Больше года встречаемся, живём вместе. Решил сильно не афишировать отношения и не выкладывать. У неё периодически бывают вопросы на эту тему, мол: «Почему не хочешь ничего выставлять?». А мне просто хочется спокойствия. Год прошёл, я ничего не выкладывал, и ничего от этого не изменилось. Главное, что у нас всё хорошо. От того, выложу я фотографию или нет – ничего не поменяется.
— Некоторые спортсмены не любят, чтобы жёны много разговаривали с ними после игры, а хотят какого-то умиротворения. Как у вас с этим?
— Арина привыкает к этому. Для неё всё было в новинку, а сейчас уже понимает, когда лучше ничего не говорить. Я вообще не люблю банальную поддержку.
— Из разряда: «Всё хорошо! В следующий раз сыграешь лучше!»?
— Да. Такая поддержка после игр не работает. Лучше просто помолчать, и я через час-два сам начну разговор, который не касается темы футбола. Даже когда побеждаем, футбол дома стараюсь не обсуждать. После игры нравится обсуждать другие темы, чтобы не зацикливаться на одном.
— У кого-то девушки могут что-то посоветовать в плане спорта или напихать. Ты как к этому относишься?
— Если я сам что-то спрошу у неё, то она подскажет. Она у меня сама спортсменка, занималась баскетболом в Америке, училась и играла за колледж или университет. Понимание спорта у неё есть.