Наступил долгожданный день, когда в далекой России, наконец, вспомнили о моряках под командованием Д. Сенявина, застрявших на чужбине. Какая-то часть экипажа эскадры отправилась домой пешком через всю Европу, по пути испытывая много трудностей: голод, холод, безденежье. Остальные вместе с Сенявиным переправлялись на судах. Несколько кораблей пришлось оставить Англии, заключив договор о последующем возврате России их стоимости.
Перейти к первой части статьи
Вернувшись на Родину, Сенявин попал в опалу. Александр I не смог смириться с его многочисленными победами, когда он сам потерпел поражение в Аустерлицком сражении. Император выбрал тактику игнорирования.
В первую очередь адмирал стал хлопотать о выдаче денег офицерам и команде. Долг по тем временам был огромен. Он состоял из жалованья, компенсации понесенных расходов на проживание и призовых денег. На что был получен отказ. Сенявину припомнили оставление части кораблей в Портсмуте, ссылаясь на то, что правительство Англии еще не возместило их стоимость.
Долго и упорно Дмитрий Николаевич вел тяжбу с финансистами. Он очень переживал по этому поводу. По воспоминаниям сослуживцев, он даже порывался выплатить эти деньги из собственных средств, но, увы, его семья сама была в долгах.
Этот замкнутый круг подтолкнул Сенявина на отчаянный шаг. Ранним утром он достал свой парадный мундир и отправился к Зимнему дворцу. Отбросив амбиции, перешагнув через свою гордость, герой Афонского сражения встал с протянутой рукой под окнами императора. Не прошло и получаса, как его заставили прекратить попрошайничать. Зато этот поступок возымел результат. Наконец-то деньги были выплачены под предлогом того, что стоимость кораблей была погашена.
Но Александр не остался в долгу — Сенявин был отправлен в отставку.
Прошло время. Наступил мятежный 1825 год. На престол взошел Николай I. Первым делом он восстановил на службе Сенявина, где тот занимался модернизацией флота. Он также был включен в состав суда по делу декабристов. Это назначение было ударом для адмирала в самое сердце, ведь его сына Дмитрия по ложному доносу также обвинили в заговоре. Но, к счастью, прямых улик против него так и не нашли. Юноша избежал суда.
Когда началась Русско-турецкая война 1828−30 гг., адмирал Сенявин командовал эскадрой, которая отправлялась в Средиземное море. И это не удивительно, ведь опыт Дмитрия Николаевича был бесценным. Что он чувствовал по пути? Вспоминал ли годы своей службы в краях плодородных земель и южных красавиц?
А в апреле 1831 года Дмитрий Николаевич Сенявин скончался. Как скромный человек, памятуя о бедственном положении своей семьи, адмирал просил похоронить его в стареньком халате в простом гробу. Но Николай I решил иначе, выделив на похороны 5 тысяч рублей.
А вот потом наступили годы забвения, когда о славном герое не принято было упоминать. Через 40 лет после смерти адмирала неизвестный морской офицер писал в воспоминаниях, что народ, который Сенявин защитил от турецких головорезов, до сих пор не забыл своего героя.
В жизни адмирала Сенявина были и взлеты, и падения, в зависимости от прихотей очередного монарха. Только русские моряки, которых он объединил под своим крылом на кораблях эскадры, независимо от статуса своего командира, были всегда преданы ему. И тому есть свидетельство.
Дмитрию Николаевичу — едва ли не единственному адмиралу — выпала честь получить от своих подчиненных памятный подарок. Эта была оригинальная ваза с изумительными узорами и гравировкой, в которой моряки от лица офицеров и команды благодарили Сенявина за все. А начинающий морской писатель Владимир Броневский даже прочел стихотворение собственного сочинения. По воспоминаниям очевидцев, Сенявин был растроган до слез.
По-моему, этот эпизод говорит о многом.
Продолжение следует…